Как равнодушие и бардак отравляют природу Камчатки

Экологические проблемы Камчатки носят системный характер.

Год назад медийное пространство всколыхнула катастрофа на Камчатке. Несколько недель маленький клочок суши, окруженный водами Тихого океана, оставался одной из главных тем в СМИ, а учёные и чиновники пытались разобраться, что стало причиной массовой гибели морских животных. В результате официальной версией назвали «красные приливы», характерные для региона, журналисты и публика переключились на другие темы, а в истории экологической катастрофы на Камчатке была поставлена точка. Год спустя расследование уголовного дела о массовой гибели животных так и не завершено.

Но эта катастрофа — не следствие событий одного дня. Экологические проблемы Камчатки носят системный характер, и местная природа все ещё подвергается многочисленным угрозам. Пока официальные источники заявляли, что причиной катастрофы стали природные факторы, Центр «Досье» решил разобраться, насколько качественно работают природоохранные ведомства. Мы побывали на Камчатке и выяснили, как бездействие местных властей, нарушения природоохранного законодательства и игнорирование экологических угроз, отравляют природу заповедного края.

Об этом сообщает Скелеты в шкафу

Несмотря на богатейший потенциал, забытой эту территорию называли ещё 20 лет назад. Сейчас природа Камчатки все ещё малоизучена, количество опасных для экологии объектов точно не известно, а чиновники рассматривают природу в первую очередь как ресурс для извлечения прибыли.

Как отравляют природу Камчатки — очень короткая версия доклада

ЧАСТЬ I. ПРИРОДА

Неизвестная катастрофа

О загрязнении прибрежных вод Камчатского края стало известно 30 сентября 2020 года, когда в соцсетях появились фотографии погибших морских животных. Местные жители обнаружили их на берегу сразу нескольких бухт — Большой и Малой Лагерных, в районе мыса Сигнальный, южной части Авачинского залива и на берегу Охотского моря.

Спустя несколько дней экспедиция Greenpeace выяснила, что погибли организмы донных сообществ: по оценкам специалистов, неизвестный токсин уничтожил 90% бентоса — организмов, живущих на морском дне, — который обитал у камчатских берегов.

Последствия ощутили на себе и люди: серферы рассказали об ожогах слизистой глаз, ухудшении зрения, першении в горле и тошноте. На появившиеся симптомы пожаловалось не менее 60 человек, у некоторых из них диагностировали ожог роговицы.

Чем больше о катастрофе писали в СМИ, тем сложнее становилось понять причины трагедии: специалисты разводили руками и не могли договориться о единой версии.

После того как пользователи соцсетей забили тревогу, на катастрофу обратили внимание власти. Следственный комитет возбудил уголовное дело, а двух членов сборной России по серфингу признали потерпевшими.

Каждая новая версия серьёзно отличалась от предшествующей или вовсе противоречила самой себе, из-за чего отыскать ответственных за катастрофу и понять её причины, следствие не может даже спустя год. По состоянию на сентябрь 2021 года дело все ещё находится на этапе предварительного расследования, а окончательные экспертизы до сих пор не готовы, рассказала «Досье» представительница потерпевших спортсменов Екатерина Ипполитова.

Теория о сейсмической природе загрязнения не подтвердилась: единая геофизическая служба Российской академии наук сообщила, что заметных землетрясений в последнее время не происходило. Версия с аварией на военном судне также оказалась несостоятельной: в первичных результатах анализов проб воды, взятых на Халактырском пляже и в Большой и Малой Лагерных бухтах, не обнаружилось гептила — маркера присутствия ракетного топлива в воде. Кроме того, источниками загрязнения не могли стать подлодка или затонувшее судно, так как токсин обнаружили у берега.

Ещё одной загадкой стало то, что на воде не было никакого визуального загрязнения — о случившейся катастрофе говорила лишь массовая гибель представителей морской фауны. Но одни только вредные вещества, даже в повышенной концентрации, не могли оправдать такое число погибших животных, считает руководитель экспедиции Greenpeace Василий Яблоков.

28 сентября 2020 года

Команда серферов школы SnowWave заболела (Екатерина Дыба).

30 сентября 2020 года

Погибших животных выбросило на берег. Изменился цвет воды (Кристина Розенберг).

1 октября 2020 года

Серферы сообщают о первых симптомах отравления воды (Е. Дыба). Гидрометслужба выехала на сбор проб. Природоохранная прокуратура начала проверку.

3 октября 2020 года

Дальневосточное управление Росприроднадзора отбирает пробы.

4 октября 2020 года

Активисты Greenpeace отправляются на Камчатку.

5 октября 2020 года

Минприроды РФ заявило, что не считает произошедшее на полуострове катастрофой.

6 октября 2020 года

Greenpeace отбирает пробы в реке Налычева.

7 октября 2020 года

Следственный комитет РФ возбуждает уголовное дело. Greenpeace предлагает губернатору помощь в расследовании.

8 октября 2020 года

Росприроднадзор публикует результаты проб (превышение по фосфат-ионам, железу общему и фенолу). Greenpeace сообщает, что в официальных пробах недостаточно данных.

9 октября 2020 года

Учёные РАН назвали «красные приливы» причиной катастрофы; сейчас это официальная версия. Взятие проб воды Greenpeace в Авачинском заливе (вблизи Халактырского пляжа).

11 октября 2020 года

Greenpeace отправляется в экспедицию на юг Камчатки, присоединяясь к учёным Кроноцкого заповедника.

12 октября 2020 года

Исключена версия с утечкой с полигона «Козельский». По его ликвидации стартовала разработка дорожной карты.

14 октября 2020 года

Greenpeace сообщает о первых результатах проб воды. В ней найдены тяжелые металлы и компоненты нефти.

16 октября 2020 года

В пробах Greenpeace не обнаружен гептил (компонент ракетного топлива).

19 октября 2020 года

Начались работы по рекультивации полигона «Козельский».

Хроника событий

Даже спустя год эксперты утверждают, что точную причину загрязнения воды установить невозможно. Как рассказывает источник Центра «Досье», близкий к администрации президента, Кремль вполне устраивает такое положение дел: власть считает экологию опасной темой, поскольку она не имеет явно выраженной оппозиционной окраски, а у экоактивистов хороший имидж в общественном сознании. Все это может способствовать мобилизации недовольных, поэтому власть активно старается перехватывать и «гасить» экологическую повестку.

Вполне вероятно, что найти одного-единственного виновника камчатской катастрофы так и не удастся, но дело не только в природных факторах: экологическая обстановка на полуострове ухудшается на протяжении уже многих лет. Заброшенные полигоны, неразвитая система защиты окружающей среды, бюрократические лабиринты — все это представляет огромную опасность для уникальной природы Камчатки.

Красный океан

Несмотря на красоту, природа полуострова таит в себе экологическую опасность — красные приливы, вызванные цветением токсичных водорослей. В том, что именно они погубили жизнь в Авачинском заливе, уверены учёные РАН. Правда, среди экологов эта версия до сих пор считается не вполне убедительной.

Случаи красных приливов с летальным исходом и для людей, и для животных неоднократно встречались в регионе и раньше — об этом говорит историческая хроника. Но многие жители полуострова все равно считают произошедшее исключительным случаем, а подобная массовая гибель донных организмов была зафиксирована в мире лишь один раз — в 2016 году у берегов Чили.

Красные приливы появляются из-за цветения морских микроорганизмов: они окрашивают воду в характерный красный цвет (иногда оттенки цветущей воды варьируются от красно-желтого до желто-зеленого). В периоды размножения микроорганизмы делают воду смертельно опасной. В процессе своей жизнедеятельности они выделяют токсины (аммиак, сероводород) и поглощают кислород в верхней части воды. Из-за этого все существа, находящиеся ниже, страдают от удушья.

Алексей Озеров, директор Института вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, уверен: «Вне зависимости от того, есть человек или нету человека, «красный прилив» все равно существовал». Однако стимулировать цветение водорослей мог накопительный эффект жизнедеятельности людей — достаточно небольшого химического воздействия.

О том, что антропогенный фактор этих приливов изучен недостаточно, ещё в 1995 году говорила ведущая сотрудница Камчатского института экологии и природопользования ДВО РАН Галина Коновалова. Территория Камчатки так мало заселена, что общественного резонанса не вызывали даже человеческие смерти в результате контакта с токсином.

Больше всего водорослям помогают цвести неочищенные промышленные, сельскохозяйственные и бытовые сточные воды, особенно если они содержат железо. По результатам проб, взятых после катастрофы, общее содержание железа в водах Авачинского залива превышало норму в 6,7 раза.

Токсичные водоросли питаются веществами из материковых вод и продуктами разложения в океане. В естественной среде эти факторы сбалансированы, но по мере накопления человеческих отходов в океане обстановка для цветения становится более благоприятной. За последние десятилетия прошлого века это редкое природное явление начало приобретать характер глобальной эпидемии из-за нарастающего объёма загрязнения океана, констатировала Коновалова.

В Японии эту тенденцию обнаружили ещё в 1960 году и быстро научились бороться с природной катастрофой. К 1980 году властям удалось снизить частоту красных приливов при помощи регулярного мониторинга прибрежных вод, качественных очистных сооружений и грамотной утилизации отходов. Однако перенимать опыт тихоокеанских соседей Россия пока не спешит.

«Несмотря на то что про это писали 20-30 лет назад, это все осталось неизученным и незамеченным», — рассказала «Досье» глава Камчатского туристического бюро Кристина Розенберг, одна из первых, кто опубликовал видео с погибшими животными и забил тревогу в соцсетях.

Вулканолог Алексей Озеров считает, что регулирование экологического следа от деятельности человека на Камчатке должно стать приоритетной задачей властей. Он уверен: чтобы справиться с проблемой, необходимо полностью очистить Камчатку от ядохимикатов и других веществ, которые могут загрязнять её уникальную природу.

Попутный дым

Версия о том, что утечка топлива с корабля стала причиной катастрофы, оказалась несостоятельной. Однако аварии на судах — не редкость, а системная проблема. Местные жители рассказывают, что такими случаями в Петропавловске-Камчатском никого не удивить.

Усложняют ситуацию и природные факторы. Из-за того, что Авачинская губа сильно вдается в сушу, она практически изолирована от океана — течение обходит её стороной. Поэтому все загрязняющие вещества, которые попадают в бухту со стоками или из-за аварий, в ней застаиваются.

Любая корабельная авария представляет серьёзную угрозу для Авачинской губы. По данным минприроды Камчатского края за 2019 год, наибольший вклад в загрязнение прибрежных вод вносят утечки нефтепродуктов.

Они попадают в залив с транспортных и судоремонтных предприятий, а также с корабельных стоянок. А приливы и отливы ещё шире разносят нефтепродукты по местной акватории. Разлив большого объёма топлива может привести к образованию нефтяных пятен — из-за них в воде падает содержание кислорода, и морские обитатели задыхаются. Нефть спутывает перья птиц и мех морских животных, они теряют способность удерживать тепло и погибают.

Кроме того, по словам сотрудника Камчатского государственного технического университета, на большинстве кораблей нет оборудования для утилизации мусора, из-за этого отходы приходится сжигать, а остатки — выбрасывать за борт. Среди выброшенных в море сгоревших отходов оказывается пластик, а вместе с дымом в атмосферу попадают вредные вещества.

В дальних рейсах этот сброс в воду — едва ли не единственная возможность избавиться от мусора. Но поскольку загрязнение Мирового океана становится все более критической проблемой, процесс утилизации стараются оптимизировать.

К примеру, международная морская конвенция по предотвращению загрязнения с судов запрещает выбрасывать в воду пластмассовые предметы и синтетические изделия, так как их можно использовать вторично. Некоторые виды отходов (например, бытовые) можно утилизировать не ближе чем за 12 миль от береговой линии. Россия присоединилась к этому соглашению в 1983 году, но санкции за его нарушение невелики и применяются крайне редко.

Как наказывают за загрязнение морской среды

Санкции за нарушение конвенции устанавливаются каждой страной-участницей самостоятельно.

Ответственность за «нарушение правил захоронения отходов и других материалов во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе и (или) в исключительной экономической зоне Российской Федерации» предусмотрена статьей 8.19 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП) — для юридических лиц это может обернуться штрафом до 300 000 рублей и конфискацией судна.

Загрязнение морской среды, в том числе с морского транспорта, может предусматривать и уголовную ответственность: согласно статье 252 Уголовного кодекса, оно наказывается штрафом до 200 000 рублей, лишением права занимать определенные должности, арестом и другими санкциями. Именно по этой статье возбудил уголовное дело после катастрофы Следственный комитет ✵ . Хотя местные жители говорят, что корабли регулярно сбрасывают мусор в водах Камчатки, эта статья Уголовного кодекса применяется нечасто: с 2014 по 2020 год по всей России было осуждено всего три человека.

Существуют и превентивные методы. Например, судам, заходящим в порт Петропавловска, запрещено покидать причал, если не сданы корабельные отходы.

Учёные считают, что существующих наказаний недостаточно, а справиться с проблемой поможет лишь обязательный раздельный сбор мусора на судах. «Это позволит утилизировать каждый вид отходов с минимальным влиянием на окружающую среду», — считает сотрудник Камчатского государственного технического университета. По его мнению, разработка специального прессовочного устройства позволила бы экономить место для отходов на корабле, чтобы сохранить их для дальнейшей переработки.

Ещё больше ситуацию усугубляет затопление судов. По оценкам правительства Камчатского края (документ имеется в распоряжении «Досье»), по состоянию на 2019 год в Авачинской бухте было затоплено около 70 кораблей и судов, а всего в акватории может находиться около 250 тысяч тонн металлолома.

«Наше нормативное регулирование построено так, что корабль можно просто затопить — это считается утилизацией, — говорила вице-премьер Виктора Абрамченко в начале 2021 года. — Это может быть абсолютно любой корабль, который перевозил грузы, использовался рыбаками, военный корабль. Используются лишь два критерия: не мешает судоходству, не несёт вреда окружающей среде. И часто разные структуры муниципального, регионального, федерального уровня не видят проблем ни для одного, ни для другого. В результате на одном только Дальнем Востоке затоплены больше 600 кораблей».

Но хотя и краевое, и федеральное правительства давно знают о проблеме, решать её начали лишь после экологической катастрофы: летом 2021 года правительство отчиталось, что вытащило из воды шесть судов с начала года, ещё 23 находились в процессе поднятия. По оценкам властей, на дне Авачинской бухты остается ещё 46 затонувших кораблей.

Зажженный фитиль

Одна из первых версий загрязнения океана — выброс токсинов с полигона «Козельский», где захоронено более 100 тонн пестицидов, в том числе мышьяка. Эти вещества медленно разлагаются, отравляют соседние земли и накапливаются в водных экосистемах. Могильник находится неподалеку от реки Налычева, которая впадает в Авачинский залив.

Свалка ядохимикатов появилась в 1979 году и просуществовала три года. Советское предприятие «Камчатсельхозснаб» просто закапывало в землю просроченные пестициды, нарушая инструкции по уничтожению токсичных веществ. С тех пор могильник оставался бесхозным; о нём не вспоминали до 2002 года, когда по заказу местного минприроды специалисты оценили масштаб заражения земель и установили регулярный мониторинг за свалкой.

Спустя восемь лет полигон решили обезопасить и накрыли изолирующей пластиковой плёнкой, но этого оказалось недостаточно. На свалке ещё несколько раз фиксировали резкое увеличение концентрации ядов — скорее всего, разрушались бочки с пестицидами. Некоторые из выбросов закончились быстрым снижением количества токсина в земле — ещё в 2019 году эксперты заявляли, что это может говорить об утечке химикатов с полигона.

Недавние независимые исследования ✵ подтвердили их опасения. В почве под Козельским полигоном была обнаружена производная пестицидов – 2,4-дихлорфенол. Это вещество вызывает ожог глаз и кожи и крайне токсично для водных организмов. В реке Налычева и её притоках рядом с Козельским полигоном зафиксировано шестикратное превышение норм по тетрахлорметану ✵ , в Авачинском заливе — по фенолу и мышьяку.

Высокая концентрация дихлофенола могла попасть в океан с грунтовыми водами и через реку Налычева, распространиться по дну и убить подводных животных. Даже прокуратура признает, что пестициды могли нанести вред океану.

1979 Открытие полигона

1982 Закрытие полигона

Бесхозный полигон с ядовитыми веществами

2002 Мониторинг за свалкой

Специалисты оценили масштаб заражения земель и установили регулярный мониторинг за свалкой

2010 Полигон накрыли защитной плёнкой

Бесхозный полигон с ядовитыми веществами

2020 Катастрофа на Камчатке

История Козельского полигона ядохимикатов

Об опасности полигона власти знали задолго до трагедии. Согласно документу правительства Камчатского края (имеется в распоряжении «Досье»), власти Камчатки ещё в 2018 году просили минвостокразвития и минприроды выделить больше 3 миллиардов рублей в рамках нацпроекта «Экология» на ликвидацию 71 наиболее опасного объекта экологического вреда — в их число должен был войти и Козельский полигон.

Однако эти предложения не были услышаны, и в государственный реестр объектов накопленного экологического вреда полигон включили только после экологической катастрофы 2020 года. Теперь местное правительство «может претендовать» на получение федеральных средств для ликвидации сотни тонн ядохимикатов, захороненных под землей. В лучшем случае работы начнутся в 2022 году — спустя два года после массовой гибели животных.

Чтобы получить финансирование, минприроды опубликовало закупку на разработку проекта по рекультивации Козельского полигона. Подрядчику предстоит определить объём и качество загрязнений территории свалки и предложить способы детоксикации и захоронения отравленной почвы. Проектировщик должен решить, как избавиться от ядохимикатов и очистить грунтовые воды. На выполнение поставленных задач поставщику отводится меньше полугода, после чего проект ожидает экологическая экспертиза. Стоимость работ оценивается в 50,9 миллиона рублей.

Единственным претендентом и победителем конкурса стало ООО «Геотехпроект» — красноярская компания, занимающаяся инженерным проектированием. Руководитель и владелец фирмы Андрей Мордвинов кажется весьма компетентным в вопросе ликвидации свалок: он автор нескольких научных статей о технологиях рекультивации. Сама компания также опытный подрядчик по устранению площадок с отходами. Правда, свалку бытовых отходов в Омске фирма предложила «рекультивировать на месте», иными словами, закопать весь мусор.

Госконтракты — основной источник дохода «Геотехпроекта». За 10 лет существования фирма поучаствовала в 234 торгах и выиграла 93 контракта ✵ . При таком объёме выполняемых госзаказов у предприятия не должно возникать проблем с выполнением задач. Однако на счету фирмы семь прекращенных контрактов и шесть — закрытых с неустойками, до одного из конкурсов «Геотехпроект» вовсе не допустили. Инженерная компания выступала ответчиком в суде 15 раз, большая часть исков связана с нарушением сроков выполнения работ по контракту.

Козельский полигон — не единственная бомба замедленного действия для заповедного края. Подобных неучтенных свалок в регионе несколько, рассказал «Досье» Василий Яблоков: «На Камчатке есть ещё два небольших полигона с неизвестным названием и озеро Приливное». Речь идёт о бывшей городской свалке неподалеку от упомянутого озера. Просуществовав почти 40 лет, полигон бытовых отходов был официально закрыт в 2018 году, однако на деле место захоронения просто присыпали грунтом.

Прошлой осенью местные блогеры пожаловались, что мусор со свалки разнесся по округе, угрожая водной экосистеме. А спустя несколько месяцев депутаты регионального заксобрания обнаружили, что заброшенный полигон ещё и загорелся.

Несмотря на удалённость от водоема, оставшийся на полигоне мусор все равно контактирует с водой и поэтому может попадать в Авачинский залив. «Это озеро, в которое во время прилива впадают воды океана. А потом во время отлива океан уводит их оттуда вместе с мусором», — отметил специалист Greenpeace.

После катастрофы в Авачинском заливе глава агентства по обращению с отходами Камчатского края Андрей Кудрин пообещал рекультивировать свалку. Уточнять сроки создания исполнения проекта он не стал. Спустя год новости по упразднению свалки не появлялись, как и не были проведены соответствующие закупки. А агентство по упразднению отходов и вовсе ликвидировали в начале 2021 года. ✵

Однако на свалках мусорная проблема Камчатки не заканчивается. В регионе находятся военные базы и испытательные полигоны, вокруг которых скапливается множество отходов.

Дары морю

В 2016 году военнослужащие спровоцировали потенциально опасную ситуацию для полетов гражданской авиации, создав огромную свалку коммунальных и строительных отходов около аэропорта «Елизово». Тогда мусор привлёк огромное количество птиц, попадание которых в турбину самолёта могло спровоцировать авиакатастрофу.

После многочисленных жалоб местных жителей Минобороны всё-таки убрало за собой около 40 тонн мусора. Правда, позже оказалось, что вывезли с полигона не все. «В ходе рейда установлено, что на данной территории продолжают оставаться свалочные очаги в объёме 10 тонн, которые лежат в карьере и лесу. Кроме того, свалки лежат на других земельных участках за рекой Половинка в виде твердых коммунальных отходов, разрушенных и сгоревших зданий. Общий объём отходов составляет 300 куб. м. весом 75 тонн», — сообщалось на сайте правительства Камчатского края.

С последствиями деятельности военных лично столкнулись и расследователи «Досье». На побережье Большой Лагерной бухты мы увидели воинскую часть №25-030-5.

Со стороны залива её легко принять за заброшенную свалку военных машин: за забором из колючей проволоки виднелись мятые грузовики, ржавые тракторы и бронетехника. Хотя людей на территории базы видно не было, их присутствие выдавал насыщенный запах выхлопных газов, что казалось удивительным в такой близости от океана. Прямо напротив этой территории, у кромки воды, были заметны остатки лодок и автомобильные покрышки.

Однако печальный след в Лагерной бухте оставили не только военные. Отправившись на поиски местных рыбаков-любителей, расследователи «Досье» оказались на абсолютно безлюдном пляже. Воцарившийся там покой тревожили только чайки, мягкий плеск волн и проплывающие вдалеке корабли.

Но атмосфере единения с природой мешал вездесущий мусор: на берегу мы видели несколько непонятных пластиковых конструкций, утопленных в песке, и огромные мешки с отходами. Гуляя по пляжу, мы натыкались то на одинокую туфлю, то на упаковку от моющего средства или пачку из-под молока.

Пройдя несколько километров по пляжу, мы всё-таки встретили местного жителя — молодого человека на велосипеде, окруженного собаками. Он рассказал, что рыбаки в бухте действительно иногда бывают: либо стоят с удочками на пирсе, либо уходят на лодках подальше от берега — около него «вся отрава». «Пару лет назад в бухте даже появилась табличка „Купаться запрещено”», — заметил велосипедист.

Другие местные жители, с которыми удалось пообщаться Центру «Досье», высказывали идею о «самоочищающемся океане» — мол, воды сами могут убрать все загрязнения, поэтому туда можно спокойно выбрасывать мусор.

Такой позиции придерживаются не все. Когда история об отравлении Тихого океана набрала обороты, многие жители Камчатки бросились помогать активистам и учёным с забором проб воды. Некоторые пытаются самостоятельно справиться и с мусорной проблемой: вскоре после нашего визита на побережье Лагерной бухты прошел субботник, и пляж убрали. Как долго он сможет оставаться чистым, покажет время.

ЧАСТЬ II. ЧИНОВНИКИ

Битое стекло бинокля

Краевое правительство бросило все силы на расследование причин массовой гибели животных. С момента происшествия власти выдвинули множество инициатив по улучшению экологии: создали экологический совет, пообещали внедрить регулярный забор воды у Халактырского пляжа для проб и подняли вопрос о наращивании возобновляемых источников энергии в регионе. Запустить всероссийский экомониторинг призвал даже Владимир Путин — на Камчатке системы слежения за вредными веществами появились в июле 2021 года, правда пока их совсем мало. Проект по созданию мониторинга курирует «Российский экологический оператор», созданный по указу президента в рамках «мусорной реформы».

Эти начинания выглядят многообещающе, однако будут ли они работать, предсказать невозможно. Единственный вывод, который можно сделать уже сейчас, — это что об охране природы в регионе вспоминают лишь после катастроф.

В последние годы на Камчатке щедро финансируются экологические проекты, но разъяснить, на что именно идут бюджетные средства, местные власти не торопятся ✵ . Более того, бюджет, выделенный на природоохранную деятельность, претерпел значительные изменения.

Так, в 2020 году на расходы по статье «Охрана окружающей среды» запланировали 260 миллионов рублей, из которых для охраны животных, растений и их среды обитания предназначалось менее половины. Правда, реальные траты превысили плановые в два раза и составили 436 миллионов рублей.

Самая внушительная статья расходов в этом разделе сопровождалась расплывчатой формулировкой «Другие вопросы охраны окружающей среды». На эти цели было выделено 148 миллионов рублей. Как выяснилось, в этом разделе отражаются траты на содержание федеральных органов по надзору в сфере природопользования, расходы в области гидрометеорологии и вновь загадочные «Иные расходы в области охраны окружающей среды» — реальный расход по этой статье составил 308 миллионов рублей, что почти в три раза больше, чем получила охранная деятельность.

По словам Василия Яблокова, морская биология региона почти не изучена. И это неудивительно: в 2020 году на прикладные исследования в области охраны окружающей среды из бюджета выделили всего 57 000 рублей. Но реальные расходы превысили ожидаемые в 16,5 раз и составили 954 000 рублей. Будет разумно предположить, что внезапное увеличение трат на экологические исследования связано с экологической катастрофой.

На сайте госзакупок Центр «Досье» обнаружил восемь контрактов на изучение природы и животного мира полуострова общей стоимостью около 20 миллионов рублей. Последний контракт заключили в 2018 году, и после этого других заказов на подобные проекты не поступало.

данные за 2019 год

Более того, местные учёные указывают на недостаточность уже проведенных исследовательских работ. В июне 2020 года специалисты Камчатской гидрометеослужбы пожаловались, что русловые процессы рек на полуострове практически не изучены, хотя исследования позволили бы избежать катастроф при освоении речных долин. «Необходимо менять практику несогласованного вмешательства в жизнь реки без научного обоснования и изучения», — заявили метеорологи.

Единственный контракт на изучение русловых процессов камчатское минприроды заключило в 2017 году. Но судя по словам учёных, объёма и регулярности этих работ оказалось явно недостаточно.

Те редкие исследования, направленные непосредственно на научное изучение природы (общей стоимостью 8,5 миллиона рублей) ✵ , в основном были организованы по запросам университетов. Гораздо чаще местные предприятия или госучреждения заказывают исследования природы в промышленных целях.

Пробелы заметны и в системе надзора. «Государственные органы мониторят экологическую обстановку в регионе, но процесс организован слабо», — рассказал Василий Яблоков. По его словам, что профильные ведомства недостаточно оснащены специальной техникой, а методы исследований устарели.

Центр мониторинга окружающей среды на полуострове всё-таки существует: он стоит на страже чистоты морских и пресных вод, воздуха, которым дышат местные жители, следит за загрязненностью осадков и снежного покрова. Правда, под надзором центра находится лишь небольшая часть Камчатки: загрязнения воздуха фиксируются всего в двух городах, причём в одном из них установлен единственный пост. Чистота осадков контролируется только в столице края и на одном посту, а качество воды фиксируется лишь в Авачинской губе.

Об эффективности мониторинга можно судить по годовым отчетам службы, согласно которым загрязнения окружающей среды на полуострове кажутся незначительными. В отчете за 2020 год сказано, что Петропавловск-Камчатский — город с низким уровнем загрязнения воздуха. Но большинство максимальных значений отравляющих веществ в городе превышают московские показатели. Более того, служба заявила, что все гидрохимические съёмки Авачинской губы не выявили экстремально высокого загрязнения, а многие из показателей снизились чуть ли не в два раза, — но осенью того же года произошла экологическая катастрофа.

Вся информация об экологическом состоянии региона сведена в ежегодных докладах камчатского минприроды, которые размещены на сайте ведомства, правда, после 2019 года новые отчеты в сети не появлялись. По данным чиновников, в последние десять лет в водоемах полуострова стабильно превышен уровень фенолов: ещё в 2011 году средний показатель в Авачинской бухте превышал предельно допустимую концентрацию (ПДК) в 5,9 раз.

Фенол (карболовая кислота) — токсичное вещество с характерным резким запахом, которое используют в красителях, пестицидах, лекарствах и многих чистящих и дезинфицирующих растворах. Внешне представляет собой бледно-розовые кристаллы. Его пары ядовиты, а при контакте с кожей фенол вызывает болезненные ожоги. Из коммунальных и промышленных стоков это вещество попадает в реки, а с их течением — в заливы, моря и, наконец, в океан. Предел допустимой концентрации фенола в воде — одна тысячная миллиграмма на литр.

Концентрация фенола в камчатских водах в разные годы колебалась между 1–4 предельной допустимой концентрации (ПДК), а в последние годы стала достигать 11–17 ПДК (такое значение было зафиксировано в 2017 году). Это может говорить о том, что за соблюдением экологических норм в регионе почти не следят.

Ежегодно результаты мониторинга отмечают одни и те же недостатки системы надзора, но ситуация не меняется. Например, в докладах за 2016–2019 годы слово в слово повторяется фраза «гидрологические посты на территории полуострова расположены неравномерно» и указывается на нехватку исследований рек, впадающих в Берингово море. Доклад за 2020 год сотрудники министерства так и не опубликовали.

Не всегда удается определить и причину нарушений. Например, в 2019 году уровень нефти в речных водах превысил норму в четыре раза, но минприроды так и не смогло разобраться почему.

Надзорные органы регулярно обнаруживают в водоемах Камчатки вредные вещества в опасной концентрации. Данные мониторинга подтверждают, что в акваториях Камчатки из года в год накапливается все больше фенолов и нефтепродуктов. Более того, последствия некоторых нарушений не удается исправить на протяжении многих лет.

Чистой воды бюрократия

В 2017 году сотрудники Камчатского представительства WWF заметили, что очистные сооружения «Чавыча» на северо-западе Петропавловска-Камчатского загрязняют окружающую среду. Во-первых, средний объём стоков в сутки порой превышал допустимый предел. Во-вторых, ведущая в океан труба оказалась недостаточно длинной, поэтому отходы выбрасывались слишком близко к берегу. Но ещё хуже то, что рядом с этими сооружениями находится лежбище сивучей, или морских львов.

Сивучи

Эти животные занесены в Красную книгу, а мыс Чавыча — одно из нескольких мест на планете (да ещё и в черте города), куда сивучи приплывают, чтобы размножаться. Первыми лежбище занимают самцы, размечая территорию к появлению самок. Вокруг самых сильных самцов образуются «гаремы», порой состоящие более чем из сотни самок. Вскоре там рождаются детеныши — сивучи остаются на лежбище ещё несколько месяцев, чтобы дать им окрепнуть, а затем отправляются кочевать по морю.

Судя по всему, причиной нарушений оказалась авария, произошедшая в 2010 году. Тогда в подводную трубу врезалось судно, снеся её практически до основания: от 800 метров осталось лишь 20. Закупка на ремонт канализационного оборудования появилась лишь в июне 2021 года. Получается, что последствия аварии не устраняли 11 лет.

15 млн куб. м/год

Объём сброса сточных вод

в Авачинскую губу,

не считая бесхозяйственных выпусков

млрд рублей

Требуется для того, чтобы привести в норму канализационные сети Петропавловска-Камчатского

*Данные о требуемой водоканалу сумме взяты из документа, имеющегося в распоряжении «Досье»

Городские сети водоотведения и сами по себе представляют угрозу для экологии. По данным местных минприроды и прокуратуры, по состоянию на 2019 год около 66% сточных выпусков Петропавловска-Камчатского вообще не были оборудованы очистными сооружениями — все химикаты и канализационные отходы из них попадают напрямую в воду. Именно это госорганы считают главной причиной загрязнений водных объектов. Получается, что из-за слабого течения в Авачинской губе все неочищенные стоки постепенно накапливаются в бухте. К каким последствиям это приведет, можно только догадываться; исследований на эту тему не проводилось.

Но даже имеющиеся очистные сооружения Петропавловска угрожают окружающей среде — как в случае со станцией «Чавыча». Она была построена в 1989 году, а их первая масштабная модернизация началась 10 лет назад. На реализацию проекта заложили около двух миллиардов рублей. К 2016 году на эти средства водоканал отремонтировал лишь оборудование для очистки стоков и насосную станцию. В 2019 году сообщалось, что специалисты водоканала опубликовали статью о реконструкции очистных сооружений «Чавыча». Хотя эксперты положительно оценили модернизацию, из публикации следовало, что процесс так и не завершен.

За последние семь лет водоканал также потратил 155 миллионов рублей на ремонт одной лишь станции «Чавыча» ✵ , входит ли эта сумма в общий бюджет масштабной реконструкции — не известно. Но несмотря на все траты, в 2019 году сооружения станции признали полностью изношенными.

Создается впечатление, что ни ремонт, ни денежные вложения результатов не приносят. Об этом говорят не только документы, но и конкретные инциденты — к сожалению, не единичные.

Так, в 2015 году предприятие из-за неисправных систем канализации сбрасывало неочищенные воды прямо в каналы, предназначенные для осушения сельскохозяйственных земель. В воде обнаружили бактерии кишечной палочки и тяжелые металлы. Пострадавшую почву больше нельзя было использовать для посева растений без предварительной очистки.

Это дело дошло до суда: Россельхознадзор потребовал от предприятия принять меры по предотвращению загрязнений и выиграл дело. За это суд накладывал штрафы на водное хозяйство, по сути переводя бюджетные средства из одной казны в другую. Лишь в 2019 году суд запретил сброс отравленных вод, назначив крайний срок для решения проблемы на сентябрь 2020 года. Получается, что государственное предприятие пять лет загрязняло сельскохозяйственные земли.

В 2019 году на «Камчатский водоканал» снова подали в суд за нарушение экологического законодательства: оказалось, что после очистки в сооружениях «Чавыча» вода становилась только грязнее. В результате ведомство заплатило штраф — 35 000 рублей. Но это не очень помогло: в 2020 году Росприроднадзора вновь взыскал с водоканала штраф за загрязнение водоемов.

На первый взгляд, основная проблема водоканала — компании-неплательщики, которые задерживают оплату коммуналки и лишают предприятие бюджета. Если задержка особенно долгая, ГУПу приходится подавать иски, которых сейчас около сотни ✵ .

Тем не менее собственные долги водного хозяйства выше дебиторской задолженности в 1,3 раза ✵ . «Камчатский водоканал» задерживает оплату поставщикам за их товары или услуги. Сумма исков за неуплату к водоканалу — 31 миллион рублей, а задолжали предприятию всего около 16 миллионов. Ещё почти 3,2 миллиона рублей ГУП задолжал за «негативное воздействие на окружающую среду». Эту сумму «Камчатский водоканал» обязали выплатить по искам (1, 2) Росприроднадзора в 2021 году ✵ . Годом ранее водоканал привлекался к ответственности за те же самые ошибки, тогда ведомство оштрафовали на 10 миллионов рублей.

Удастся ли водоканалу расплатиться со всеми долгами или же до этого момента ГУП не дотянет вовсе — вопрос риторический. За последние четыре года на предприятие трижды подавали жалобы о признании банкротом ✵ , но воз и ныне там.

Голова рыбы

В случае с «Камчатским водоканалом» такие опасные меры ведомство принимает слишком часто, чтобы списать их на непредусмотрительность или банальную ошибку. Неэффективный менеджмент будто бы стал традицией на предприятии. В этом твердо убедились как расследователи «Досье», так и местная контрольно-счетная палата, которая ещё в 2013 году отмечала, что главная беда ГУПов Камчатки — в головах. После изучения деятельности руководителей водного хозяйства становится очевидно, что охрана природы вряд ли является их приоритетом.

Куда более интересным для экс-директора «Камчатского водоканала» ✵ показался вопрос образования. Так, бывшая руководительница ГУПа Наталья Осокина, ещё будучи на посту, училась в московском вузе за бюджетные средства. Вместе с ней на студенческой скамье сидел и её сын, также трудившийся в «Камчатском водоканале».

Образование ни он, ни сама Осокина не завершили, а из водоканала уволились в 2011 году. При таком исходе работники обязаны возвратить все деньги предприятию или отработать в нём определенный срок. Но Наталья Осокина и её сын не сделали ни того ни другого, хотя сумма, потраченная на их обучение, превысила 1,1 миллиона рублей.

Это не единственный случай бесследных утечек средств из бюджета ГУП при Осокиной. Так, под её чутким руководством было закуплено оборудование на три миллиона и автобус за два миллиона рублей — причём по полной предоплате. Новый глава ведомства подал в суд на поставщика, но даже спустя несколько лет ни один товар так и не поступил к заказчику. Как оказалось, фирма поставщика была связана с одним из депутатов краевого заксобрания.

За год до увольнения Осокиной в Петропавловске-Камчатском произошла та самая подводная авария, из-за которой стоки с «Чавычи» стали попадать в прибрежные воды и загрязнять место обитания морских львов. Бывшая руководительница на тот момент находилась на другом конце России, получая новые знания. Не решилась проблема и при сменившем её Андрее Кошкареве, который руководил предприятием шесть лет, прежде чем WWF обнаружил аварию.

На Камчатку ростовчанин Кошкарев переехал ещё в 1990-х — заниматься бизнесом. Он учредил на полуострове организацию для молодежи, а через несколько лет — строительный кооператив и компанию с московским адресом регистрации ✵ . Все фирмы, кроме кооператива, прекратили существование.

Кресло директора водоканала Кошкарев занял в 2011 году. Интересно, что его путь в роли чиновника ненадолго прерывался: в январе 2015 года Кошкарева уволили, а в мае приняли обратно. Причина осталась в тайне.

На работу в «Камчатский водоканал» Кошкарев заступил с энтузиазмом и почти сразу принялся исправлять ошибки Осокиной. Новому директору даже удалось вернуть часть долга за недоставленный товар. Но несмотря на многообещающий старт, дальнейшие годы его руководства только прибавили проблем — как местной экологии, так и предприятию.

Согласно отчетам «Росприроднадзора», «Камчатский водоканал» множество раз нарушал природоохранное законодательство. Проверяющие то и дело находили бесхозные трубы, из которых сбрасывалась неочищенная вода, или же, наоборот, не находили обязательных документов ✵ .

Зачастую предприятие игнорировало экологические нормативы при сбросе вод в реки и ручьи, за что его исправно штрафовали на суммы от 10 000 до 138 000 рублей. За нарушения санитарных правил наказывали более жестко — взыскания достигали 300 000. Многие предписания не были исполнены в срок, и за это водоканалу приходили новые штрафы.

Несмотря на огромные долги хозяйства, «Камчатский водоканал» не торопится с ними рассчитаться. По данным СПАРК, на 2020 год из 1,7 миллиона рублей штрафов «за экологию» водное хозяйство погасило менее половины.

Помимо прочего водоканал вовремя не оплачивал «налог» за негативное воздействие на окружающую среду, искажал информацию об объёме производимых загрязнений, не вел учёт отходов. Несколько раз ГУП обязали закупить контрольно-измерительные приборы для станции «Чавыча», но подобных контрактов на портале госзакупок Центр «Досье» не обнаружил.

Интересно, что штрафы чаще всего налагают на одних и тех же сотрудников: наиболее часто платить за нарушения приходится самому Кошкареву и начальнику службы охраны окружающей среды Ольге Маргосовой. Вопрос о том, почему после нескольких аналогичных правонарушений этих сотрудников не отправили в отставку из-за невыполнения своих прямых обязанностей, остается открытым; возможно, после нашей публикации им заинтересуются и соответствующие структуры.

По информации правительства Камчатского края, в 2019 году ✵ доход Андрея Кошкарева составлял примерно 475 000 рублей в месяц, что в пять раз выше средней зарплаты на полуострове. Можно предположить, что даже крупные штрафы вряд ли сильно ударят по его личному бюджету.

Мемы государственной важности

Камчатские учёные регулярно заявляют о недостаточном финансировании исследований природы, а местные муниципальные учреждения не вылезают из долгов. Но вопрос не в отсутствии денег — просто свободные средства камчатское правительство предпочитает тратить на свой пиар.

В начале 2019 года появилось АНО «КИАЦ» ✵ , которое журналисты прозвали «камчатской фабрикой троллей». Компанию создали под руководством агентства по внутренней политике края, а её целями стали «противодействие экстремизму и нивелирование интернет-угроз».

Местные СМИ утверждают, что задача работников аналитического центра — распространять в социальных сетях положительные отзывы о работе губернатора и правительства. За первый год существования организация получила из краевого бюджета 24 миллиона рублей.

На эти деньги «фабрика троллей» создала два аккаунта в Инстаграме — новостной «Лентакам» и юмористический «Мемчатка». Сейчас последний паблик удалён, но, судя по сохранившимся скриншотам, его содержимое было довольно сомнительным.

Создание Камчатского аналитического центра связывают с попыткой повысить рейтинг бывшего губернатора края Владимира Илюхина. В 2019 году, когда была создана «фабрика», как раз поползли слухи о его отставке. Впрочем, мемы ему не помогли.

Зимой 2020 года полпред президента Юрий Трутнев раскритиковал работу экс-губернатора из-за проваленных инвестпроектов в регионе: 4,2 миллиарда рублей, выделенных на строительство больницы, так до неё и не дошли, а аквапарк «Чудо-остров» оказался убыточным. Тогда Трутнев заявил, что «Камчатка тянет Дальний Восток назад». Спустя два месяца Владимир Илюхин подал в отставку, а врио губернатора стал бывший глава Якутии Владимир Солодов.

Практически сразу после переезда на Камчатку Солодову сообщили о деятельности АНО «КИАЦ», но он не стал упразднять организацию ✵ . В одном из интервью новый губернатор рассказал, что хочет «перестроить работу» аналитического центра, но не стал уточнять, как именно. Тем временем своим личным пресс-секретарем чиновник назначил Аллу Головаль, которой местные Телеграм-каналы приписывают кураторство над КИАЦ. В мае 2021 года Солодов объявил о ликвидации Агентства.

ЧАСТЬ III. БИЗНЕС

Золотые стандарты

«Соблюдение экологических норм — основа работы всех предприятий. Разрабатывая полезные ископаемые края, мы стремимся сохранить и восполнить его природные богатства», — говорилось на главной странице сайта компании «Золото Камчатки» ✵ . До сентября 2021 года она принадлежала Виктору Вексельбергу, одному из богатейших людей России.

На Камчатке бизнесмен владел несколькими активами. В их числе — добывающая тройка: уже известное нам «Золото Камчатки», «Камчатское золото» и «Камголд» ✵ . Росприроднадзор ежегодно находит на последних двух нарушения природоохранного законодательства ✵ .

Первые отчеты о вреде экологии от золотодобытчиков датируются 2015 годом: тогда проверяющие не нашли у компании «Камголд» сведений об отходах, образовавшихся при эксплуатации Агинского горного комбината ✵ . Этот природный регион сильно пострадал ещё при строительстве предприятия: учёные КамчатНИРО подсчитали, что с 2006 по 2011 год добытчики нанесли водным биоресурсам ущерб на сумму свыше 45 миллионов рублей.

Вред от золотодобычи не миновал и реку Ага, протекающую недалеко от комбината. По данным Росприроднадзора, в 2015 году предприятие Вексельберга «Камголд» сбросило в реку мусор, образовавшийся при сносе здания, и не провело должных мероприятий по восстановлению природной среды. Через несколько лет обнаружилось, что у компании вообще не было разрешения на сброс отходов в водоем. ✵

Та же участь постигла и ручей Извилистый, куда добытчики «Камчатского золота» сбросили неочищенные воды. Вдобавок предприятие оштрафовали за отсутствие лицензии на обращение с отходами IV класса опасности. ✵

В 2019 году надзорная служба вновь наказала «Камголд» и на этот раз — из-за несоблюдения огромного числа процедур по экологической безопасности. Как выяснили проверяющие, «Камголд» жег мусор прямо на территории комбината, устроил несанкционированную свалку токсичных отходов, небезопасную для грунтовых вод, а кроме того, никак не наблюдал за полигоном ТБО. ✵

На счету золотодобывающих компаний Виктора Вексельберга встречаются и другие нарушения: например, непредставление информации о загрязнении окружающей среды или превышение допустимой концентрации вредных веществ, попадающих в грунт. Однако предприятия продолжают работать, и дальше денежных взысканий и мелких административных дел проверяющие органы заходить не осмеливаются.

Стоит отметить, что ликвидация отходов — не такая дорогая услуга, чтобы компаниям Вексельберга приходилось на ней экономить. Судя по прейскуранту одной из профильных компаний, стоимость утилизации разного рода опасного мусора колеблется от одной до 15 тысяч рублей. Напомним, что состояние Виктора Вексельберга, по данным Forbes, — 10,5 миллиарда долларов.

Впрочем, местную природу разрушают не только отдельные золотодобывающие компании, но и вся отрасль — по мнению местных экологов, добыча золота на Камчатке провоцирует масштабные загрязнения и систематически нарушает экологический баланс.

О том, насколько «бережно» к природе относятся золотопромышленники, может рассказать судебное дело, ответчиком по которому выступала добывающая компания «Тревожное зарево» ✵ . После многолетней тяжбы «Тревожное зарево» оштрафовали на 138 миллионов рублей за размещение опасных отходов. Добиться выплаты надзорное ведомство не могло несколько лет — суд уступил только в 2020 году, примерно через полгода после ухода Владимира Илюхина с поста губернатора. Некоторые СМИ даже писали о предполагаемой связи экс-главы Камчатки и «Тревожного зарева».

Судя по всему, эти опасения имели почву: Центру «Досье» удалось ознакомиться с письмом Владимира Илюхина в Росприроднадзор по поводу проверки в «Тревожном зареве». В документе губернатор перечисляет заслуги компании, озвучивает её позицию и настаивает на том, чтобы на время проверки предприятие не останавливало работу. Стоит также вспомнить, что вице-губернатор Алексей Войтов через две недели после отставки Владимира Илюхина уволился по собственному желанию и вскоре вошел в руководство «Тревожного зарева».

Несколькими месяцами ранее, в июле 2020 года, случился ещё один экологический скандал. Сразу несколько федеральных СМИ сообщили, что экосистема одной из камчатских рек оказалась под угрозой из-за золотопромышленной компании «Дальстрой». Добытчики собирались промывать породу в реке Быстрая, где нерестится лосось ✵ . Для этих рыб разработка золотых месторождений особенно опасна: около четверти популяции лосося Камчатки обитает на территориях добычи.

Аукцион на право добычи 940 килограммов золота «Дальстрой» выиграл ещё в 2017 году (однако работы были запущены только в 2020 году). Ещё до запуска проекта «Дальстроя» ✵ учёные ВНИРО ✵ критиковали планы компании: золота в реке Быстрая было очень мало (около тонны), а угроза водной экосистеме была слишком высокой. Такую оценку исследователи предоставили районным властям по их же запросу.

Вскоре после старта работ местные жители рассказали, что добытчики вырубили березовый лес и кедровник, в которых обитали редкие звери. Популярный туристический маршрут в районе реки Быстрая был полностью уничтожен.

Новость об этом печальном событии привлекла внимание чиновников и надзорных органов. Новый губернатор края Владимир Солодов назвал разработку месторождения в водоохранной зоне «варварством» и поручил природоохранной прокуратуре разобраться в ситуации. В результате против лесничества возбудили уголовное дело, а золотодобывающая деятельность «Дальстроя» у реки была приостановлена — до момента, как суд вынесет решение по заявлению обвинителя.

По информации «СПАРК-Интерфакса», все дела ✵ , направленные с того момента природоохранным прокурором и агентством лесного хозяйства, были возвращены: либо истец забирал заявление, либо иск отклоняли, либо дело оказывалось вне юрисдикции данного суда. А по свидетельствам очевидцев, спустя год после происшествия золотодобыча на реке Быстрая продолжается.

Некоторые специалисты считают, что в таких ситуациях нужны радикальные решения. По мнению эколога Татьяны Михайловой ✵ , добиться от любого вида промышленности полного прекращения выработки опасных отходов, конечно, невозможно. Но добыча россыпной породы слишком сильно угрожает местам обитания и нереста лосося, чтобы продолжаться на полуострове.

Михайлова также отмечает, что методы бережной и экологичной разработки существуют. Таким образом, даже у золотодобывающей отрасли есть шанс перестать вредить окружающей среде. Для этого индустрии нужно взять на себя ответственность за вмешательство в природу, а власти — сосредоточиться на предотвращении ущерба экологии, а не ждать, пока он произойдет.

Министр при ресурсах

Для того чтобы своевременно решать проблемы экологии, на полуострове есть сразу несколько ведомств: Росприроднадзор, агентство лесного хозяйства или министерство природных ресурсов. Но для чиновников охрана природы не всегда стоит на первом месте, а многие из них в свободное от госслужбы время занимаются бизнесом, который напрямую вредит экосистеме Камчатки.

В 2019 году правительство Камчатского края переживало кризис: местные жители жаловались на коррупцию и неэффективность, а Кремль был недоволен работой губернатора. Тогда в правительстве начались кадровые перестановки, которые коснулись и министерства природных ресурсов и экологии.

Формально тогдашний министр природы Василий Прийдун подал в отставку по собственному желанию. Но СМИ писали, что чиновник мог уволиться из-за скандалов, разгоревшихся вокруг министерства.

Самый крупный из них касался Халактырского пляжа, где добывали чёрный вулканический песок — визитную карточку Камчатского края. Компаниям было позволено выкапывать 140 000 тонн песка в год, но на деле из карьера вывозили более 700 000 тонн. Лишь спустя годы протестов жителей и бездействия минприроды губернатор запретил добывать песок в туристической зоне.

Сам Василий Прийдун начал карьеру в правительстве в 2009 году, возглавив краевое агентство лесного хозяйства. Но ещё раньше экс-министр был бизнесменом — местные СМИ писали, что в 90-х годах он руководил ЗАО «Лесопромышленная компания». По данным «СПАРК-Интерфакса», с 1995 по 2009 год Прийдун занимался торговлей лесоматериалами и управлял рыболовной компанией.

Буквально за пару месяцев до назначения в агентство лесного хозяйства Прийдун расширил свой бизнес: выкупил доли в туристической и рыболовной фирмах и учредил строительную компанию «Камчатстар».

Назначение на правительственную должность не помешало новоиспеченному госслужащему вести предпринимательскую деятельность: он передал должность директора своему сыну Дмитрию Прийдуну, а сам владел фирмой вплоть до 2013 года.

В агентстве лесного хозяйства Василий Прийдун проработал недолго — в 2010 году его освободили от должности, и он вернулся в бизнес. А через три года его назначили министром природных ресурсов.

Заступив на должность, Прийдун не потерял коммерческих амбиций — в тройку крупнейших добытчиков гравия в регионе вошло аффилированное с министром ООО «Тимбер». Министерство природных ресурсов выдало этой компании лицензии на разработку карьеров неподалеку от строящихся объектов территории опережающего развития.

Что такое территории опережающего развития?

Это зоны особого правового статуса, на которых действуют налоговые и административные льготы для предпринимателей. Эти территории были созданы, чтобы инфраструктура края развивалась быстрее и качественнее. Вероятно, гравий для строек ТОР мог закупаться именно у «Тимбера».

На одной из этих территорий ООО «Тимбер» незаконно вырубило 21 200 кв. м леса. Прокуратура оценила ущерб в 2,1 миллиона рублей, но в качестве штрафа компания выплатила муниципальным властям всего 1075 рублей ✵ .

Совладелец «Тимбера» Юрий Гонцов — не случайная фигура в бизнесе экс-министра. Именно он выкупил у Дмитрия Прийдуна «Камчатстар» после назначения Прийдуна-старшего министром природных ресурсов. Более того, компания была зарегистрирована на домашний адрес чиновника и его сына даже после того, как они продали свои доли, — это может означать, что сделка была фиктивной ✵ .

Помимо выдачи лицензий на добычу ресурсов, министерство природы занимается природоохранной деятельностью. Например,оно руководит крупнейшим национальным парком края — «Вулканами Камчатки». В него входят пять заповедников общей площадью 2,5 миллиона га. Территории парка уникальны: они включены в список объектов Всемирного природного и культурного наследия UNESCO. Однако за памятником природы приглядывали не вполне ответственные люди.

В 2019 году сотрудники ФСБ провели обыски в кабинете директора «Вулканов Камчатки» Сергея Макрушенко. Тогда силовики не стали раскрывать причину проверки, лишь намекнув, что дело касается «взаимоотношений подрядчиков» при строительстве коттеджей в заповеднике «Налычево».

Речь идёт о 30-миллионном контракте на строительство туристических домов, которые как раз должны были возвести в заповеднике. Единственный участник и победитель конкурса — «Камчаттехпроект». Как удалось выяснить «Досье», эта компания напрямую связана с директором «Вулканов Камчатки». Совладелец победившей фирмы Сергей Лучко был бизнес-партнёром Макрушенко. Они владели долями в общей компании «Инвестхолдинг» и продали их одновременно в 2016 году.

Спустя несколько месяцев после проверок ФСБ Сергея Макрушенко со скандалом уволили с поста директора «Вулканов Камчатки». Официальной причиной увольнения стала манипуляция с документами. Оказалось, что чиновник внес в штат сотрудников свою жену: она получала от государственного объекта зарплату, хотя фактически не работала в парке.

Пластиковый ренессанс

Не менее интересен жизненный путь сына экс-министра — уроженца Украины Дмитрия Прийдуна.

До декабря 2018 года он работал в компании по производству бутилированной воды «Аквамарин», в том числе несколько месяцев занимал пост и. о. гендиректора. В то же время Прийдун-младший руководил морским портом Петропавловска — обе компании, кстати, находились в одном здании.

В конце августа 2018 года Прийдун-младший от лица порта заключил тендер ✵ на 41,4 миллиона рублей ✵ . Как ни странно, единственным поставщиком по этому договору оказалась фирма, напрямую связанная с заказчиком — ООО «Аквамарин». На тот момент отец Дмитрия Василий Прийдун все ещё возглавлял минприроды. Получается, что сын министра пользовался своим положением, отдавая госконтракты подконтрольному ему предприятию, а его отец игнорировал этот факт.

*данные от 22 ноября 2018 года

Компания-исполнитель обязалась принимать от порта сырье, перерабатывать его в пластиковые бутылки и наполнять их питьевой водой. Готовую продукцию Петропавловский порт намеревался продавать крупной китайской компании COFCO Coca-Cola Beverages Ltd — вероятно, договор с «Аквамарином» планировали постоянно продлевать.

Однако через несколько месяцев после сделки Прийдун-младший покинул ООО «Аквамарин» (сейчас оно находится в процессе банкротства).

*В открытых источниках Прийдун все ещё указан руководителем «Аквамарина», но эти сведения ФНС признала недостоверными. Тем не менее расследователи «Досье» нашли судебное решение, где Прийдун-младший выступал ответчиком от «Аквамарина» в ноябре 2018 года.

«Козлы мира»

Помимо Василия Прийдуна агентством лесного хозяйства Камчатского края руководил ещё один видный человек — бывший полковник МВД Евгений Широков. На полуострове он в первую очередь известен благодаря своей объёмной налоговой декларации.

Судя по декларации за 2016 год, при месячном доходе в 246 тысяч рублей Широков владел двумя земельными участками общей площадью 10 тысяч кв. м. На каждом из них было построено по жилому дому — 182 и 541 кв. м. В собственности жены ещё больше роскоши — дом, три земельных участка, три квартиры, два Lexus LX 570 и четыре гаража общей площадью 280 кв. м.

В 2009 году Широков ушел из силовых структур и возглавил только что созданное камчатское управление Росрыболовства. Спустя год его направили в сахалино-курильское подразделение ведомства, которым он управлял до 2011 года. Тогда местные рыбаки жаловались на то, что с них требуют взятки за вылов рыбы: «Хочешь рыбачить — плати территориальному управлению ФАР ✵ 0,5 доллара за 1 кг лосося в воде… Не заплатишь — не дадут работать, разорят предприятие, недаром же сегодня в «Рыбводе» 90 процентов сотрудников — бывшие менты…». За публикацию этого письма Евгений Широков отсудил у местной газеты 4 000 рублей.

В 2014 году Широкова назначили врио руководителя агентства лесного хозяйства и животного мира, причём «временно исполнял обязанности» он три года — до увольнения в 2017 году. После ухода из госструктур экс-глава Росрыболовства занялся профильным бизнесом. За несколько лет он выкупил доли в восьми рыболовных компаниях, причём одна из них за полгода до увольнения Широкова из агентства вдруг начала неизменно выигрывать госконтракты.

В интернете часто встречаются фотографии Евгения Широкова с охоты: на них он обычно сидит с ружьем рядом с убитыми горными козлами. Как оказалось, экс-глава агентства лесного хозяйства уже много лет состоит в Клубе горных охотников, который возглавляет выходец из спецназа ФСБ «Вымпел» Эдуард Бендерский.

На сайте многие члены клуба выкладывают свои охотничьи дневники. Широков в своих отчетах немногословен: обычно экс-чиновник описывает местность и погоду, а также благодарит организаторов сафари. Иногда бывший глава агентства лесного хозяйства сетует на трудности охоты:

«Отдыхать оставшиеся до рассвета пару часов пришлось в кошаре с чабанами (в помещении для содержания овец с пастухами — «Досье»), но то количество животных, которое мы обнаружили выйдя в 7:00 в горы, скрасило и тяжелую дорогу, и “тоскливую кошару”».

Судя по этим отчетам, Широков посетил для охоты как минимум 13 стран, отстреливая баранов как на родной Камчатке, так и в Новой Зеландии. Также ему присвоили титул «Горный охотник 2020 года» — из всех членов клуба Евгений убил больше всего животных за год. Среди прочих его наград — «Козлы мира», «Серны мира», «Российский кубок горных охотников» и многие другие.

Широков числится в списке платиновых меценатов клуба, которые делали самые щедрые взносы в Фонд развития горной охоты. Вместе с простым региональным экс-чиновником в этом списке оказались владелец «Транссибурала» Сергей Мазуркевич (ежегодная выручка компании составляет 2 миллиарда рублей) и зять бизнесмена Геннадия Тимченко Глеб Франк (в 2020 году Forbes оценил состояние Тимченко в 14 миллиардов долларов. Он занимает 6-е место в рейтинге богатейших людей страны).

Чтобы поохотиться, бывшему чиновнику не обязательно отправляться в тур: на родной Камчатке экс-защитник лесов владеет двумя компаниями, входящими в реестр охотпользователей — ООО «Асача» и АНО по развитию традиционной охоты и туризма «Ходутка». Ещё одиннадцать компаний связаны с Широковым через бизнес-партнёров по «Асаче». А бывший учредитель и директор этой фирмы Николай Храпков аффилирован с другими одиннадцатью охотпользователями.

Ещё одиннадцать охотничьих фирм из реестра оказались связаны с Валерием Пономаревым — одним из богатейших сенаторов Советов Федерации, который представляет Камчатский край.

Годовой доход Валерия Пономарева составляет 2,8 миллиарда рублей. Львиную долю этих денег ему приносит «Океанрыбфлот» — крупнейшее рыбопромышленное предприятие Камчатки.

Интересно, что за последние восемь лет Росприроднадзор и Росрыболовство проверяли эту компанию всего один раз. Правда, в 2017 году Роспотребнадзор заметил, что предприятие не фиксирует объёмы загрязнения воздуха. При следующих проверках эту проблему больше не отмечали, хотя пометка об исправлении ошибки в справке ведомства отсутствует ✵ .

Помимо любви к охоте Пономарева и Широкова связывают деловые отношения: экс-глава лесного хозяйства продал одну из своих компаний фирме супруги бизнес-партнёра Пономарева Игоря Евтушка. Евтушок — депутат заксобрания Камчатского края и совладелец «Океанрыбфлота», в 2020 и 2021 годах занявший второе место в рейтинге доходов российских госслужащих Forbes.

С 2016 года «Океанрыбфлот» сдает помещения в аренду Службе по охране животного мира ✵ . Госведомство снимает офисы в бизнес-центре «Русь» — это невзрачное здание, покрытое бело-бежевой плиткой, стоит на пустыре в конце улицы — позади дома виднеются лес и горы. За аренду Служба по охране животного мира платит фирме Пономарева 839 000 рублей в год. Остается лишь гадать, почему госкомпания снимает офисы, а не работает в муниципальном помещении.

После того как Широков покинул агентство лесного хозяйства, его пост занял 57-летний Виктор Горлов. Его карьерный путь был почти таким же: после службы в МВД он стал замруководителя Северо-Восточного ТУ Росрыболовства.

Агентством лесного хозяйства Горлов управлял до 2020 года. Причиной увольнения стал скандал: именно его ведомство выдало ООО «Дальстрой» лицензию на вырубку деревьев вдоль реки Быстрая, после чего на месте леса, где обитали редкие животные, остался песчаный карьер. Новым руководителем агентства назначили Андрея Лебедько, который в прошлом тоже был заместителем Евгения Широкова. Таким образом, несмотря на все скандалы, у руля агентства лесного хозяйства остались люди из той же команды.

Добрые соседи

О небрежном отношении «Камчатского водоканала» к чистоте и сохранности водоемов мы рассказали немало. Но интересным оказалось не только предприятие, но и его руководитель Андрей Кошкарев: как выяснилось, он связан с владельцем местного завода, который не слишком сильно заботится об экологии.

За директором водоканала тянется длинная цепочка административных штрафов. Не считая санитарно-экологических нарушений ГУП, Кошкарева дважды оштрафовали по статье 19.4.1 КоАП РФ — «Воспрепятствование законной деятельности должностного лица органа контроля (надзора)». Иными словами, директор водного хозяйства не раз уклонялся от разного рода проверок.

Одно из этих судебных решений можно найти в открытом доступе. Документ интересен не только подробностями дела ✵ , но и тем, что в шапке постановления указан адрес, по которому прописан директор водоканала.

На снимках со спутника видно, что по этому адресу находится дом на небольшом участке. Данные Росреестра подтвердили, что владелец этой недвижимости — Андрей Кошкарев.

Директор водоканала проживает в коттеджном посёлке «Халактырка». Совсем недалеко располагается живописное озеро Халактырское — именно в него «Камчатский водоканал» без разрешения сбрасывал загрязняющие вещества ✵ . Из-за этого местные врачи уже несколько лет не рекомендуют купаться в Камчатских водоемах — так что руководитель ГУП, скорее всего, просто любуется видами природы.

Двухэтажный дом Кошкарева из серого камня довольно скромный — всего 95 квадратных метров. Кадастровая стоимость участка и постройки — около 4 миллионов рублей ✵ . Рядом со зданием заметны два аккуратно припаркованных автомобиля.

Дата приобретения недвижимости не указана. Вполне вероятно, что Кошкарев купил дом с участком ещё в 2002 году — именно тогда он учредил строительный кооператив «Халактырка», зарегистрированный по адресу прописки директора водоканала.

Другим учредителем «Халактырки» является сосед Андрея Кошкарева — бизнесмен Олег Глазунов ✵ . Их дома находятся практически друг напротив друга, но жилище последнего сильно выделяется роскошью и размахом на фоне крохотных построек с однотипными синими крышами.

Вероятно, они познакомились в 2008 году, когда Глазунов приобрёл долю в жилищном кооперативе, став его совладельцем. Но с фамилией Кошкарева Глазунова сближает не только добрососедство.

В 2007 году Глазунов учредил предприятие «Экополис» по переработке рыбных отходов. Через год по адресу этой фирмы ✵ зарегистрировали ООО «Город мастеров» ✵ . Небольшой долей в компании владел Дмитрий Кошкарев — младший брат директора водоканала ✵ и несостоявшийся чиновник.

Через некоторое время Глазунов выкупил 100% капитала «Города мастеров» — вместе с долей Кошкарева. Дмитрий Кошкарев, кстати, прописан по тому же адресу, что и его брат Андрей, а потому в 2012 году, когда Глазунов приобрёл участок, соседями стали все трое.

Сейчас владелец «Экополиса» сотрудничает с Кошкаревым-старшим. Предприятие Глазунова работает по договору с «Камчатским водоканалом» — все производственные остатки отправляются на уже знакомую нам станцию «Чавыча», проходят очистку и сливаются в Авачинский залив ✵ .

Директор водоканала, судя по всему, игнорирует некоторые нарушения фирмы его соседа. К примеру, по данным базы ЕГИС УОИТ, у «Экополиса» нет обязательной лицензии на обращение с отходами I — IV классов опасности, а при переработке рыбы и других морепродуктов в ряде случаев образуются отходы III и IV классов. Тем не менее сотрудничество государственного предприятия с «Экополисом» продолжалось как минимум до конца 2019 года.

Компанию уже привлекали к ответственности — за создание потенциально опасной для экологии ситуации. В 2018 году вблизи заводского цеха ООО «Экополис» обнаружили свалку рыбных отходов, привлекающую множество птиц. Скопление мусора увидел местный житель и сообщил об этом в инспекцию госэконадзора. На место происшествия прибыли проверяющие, но Глазунов, которому принадлежали участки, не пустил их на территорию ✵ . Нарушением заинтересовалось краевое агентство по ветеринарии: ведомство обратилось в суд и доказало вину «Экополиса», после чего компанию оштрафовали на 250 000 рублей.

Все, что выяснила инспекция госэконадзора, — стоки шли с участка, принадлежащего некоему П. В. Хлызову. Он уже три года как покинул Камчатку, но оставил о себе строчку в учредительных документах ООО «Экополис». По данным базы «СПАРК-Интерфакс», Павел Владимирович Хлызов руководил этим предприятием до 2015 года.

Инспекция рекомендовала местному управлению Роспотребнадзора направить иск о прекращении деятельности «Экополиса» за нарушение санитарных требований. Но никаких судебных документов по этому делу Центру «Досье» обнаружить не удалось.

Когда в СМИ появились первые сообщения об экологической катастрофе на Камчатке, активисты, власти и местные жители ринулись на поиски источника отравления. Но если присмотреться к ситуации внимательнее, становится понятно, что у произошедшего очень много факторов — и человеческих куда больше, чем природных.

Камчатский край недостаточно исследован, а уже имеющиеся научные знания практически не развиваются: и о залитой топливом Авачинской бухте, и о влиянии человека на «красные приливы» известно не первый десяток лет, но проблемы так и не решены.

Степень антропогенного воздействия на экологию приближается к критической точке. Полуостров заполонили свалки бытовых отходов, а из-за судовых отходов загрязняются не только прибрежные воды полуострова, но и открытый океан. Совсем недавно мусорный остров в Тихом океане недалеко от Камчатки достиг размера Франции.

Согласно отчету Счетной палаты по реализации нацпроекта «Экология» ✵ , большинство из полигонов бытовых отходов полуострова практически исчерпали ресурс заполнения, а значит, нужно будет открывать новые. Перерабатывающих заводов на Камчатке нет до сих пор — первое подобное предприятие появится лишь через два года. То есть мусор все это время будет накапливаться.

Нанести природе ущерб очень просто — это получается и у крупных компаний, которые гордятся своей «экополитикой», и у муниципальных чиновников вроде главы водоканала Андрея Кошарева, который за годы руководства не смог решить проблему загрязнения прибрежных вод.

Непосредственной причиной экологической катастрофы на Камчатке действительно могли быть «красные приливы». Но систематическое пренебрежение к природе со стороны местных властей и бизнеса не могло не повлиять на хрупкую экосистему полуострова.

Камчатские природоохранные ведомства не считают заботу о природе своей первоочередной задачей — они годами штрафуют одни и те же компании за аналогичные нарушения, вместо того чтобы предотвращать их. Руководители этих ведомств сосредоточены на личном коммерческом успехе куда больше, чем на защите экологии, а промышленные компании относятся к уникальной природе полуострова как к источнику полезных ресурсов. В таких условиях экологические катастрофы становятся не исключением, а правилом, которое влияет на всю экосистему. Погибшие донные организмы — часть пищевой цепочки: ими питаются другие обитатели акватории и побережья Камчатки, и поэтому они тоже находятся в зоне риска.

Страдают и краснокнижные животные. Морские львы живут в загрязненных водах, а на фотографиях свидетелей катастрофы было видно погибших нерп, которые не могли умереть от цветения водорослей.

После экологической катастрофы 2020 года перед правительством Камчатского края было поставлено множество задач: убрать опасные полигоны, установить новые очистительные системы, усовершенствовать экологический мониторинг и начать принимать реальные меры по охране природы.

Прошел год, и значительных изменений в ситуации не видно до сих пор: агентство по обращению с ТБО ликвидировали вскоре после катастрофы, спустя ещё полгода загорелась крупнейшая свалка полуострова.

Рекультивация полигона «Козельский» не начата и в ближайшее время не предвидится — проект утонул в бюрократии. К тому же подготовка документации доверена компании, которая регулярно нарушает сроки исполнения контрактов.

Тем временем, яд с полигона продолжает утекать в грунтовые воды, корабли до сих пор выбрасывают мусор в открытый океан, а водоканал все так же сливает химикаты и фекалии в реки: 63% стоков от жилых домов и предприятий попадает в Авачинскую бухту без очистки. Не завершено даже предварительное расследование уголовного дела о причинах катастрофы. Пока что был запущен лишь проект по экомониторингу, который частично функционирует исключительно в столице региона.

Катастрофа на Камчатке показала, что власть не в состоянии справиться с угрозами для природы — чиновники реагируют лишь после чрезвычайных ситуаций, и дальше громких обещаний дело не идёт. Результат равнодушия властей закономерен: уникальную экосистему полуострова уничтожают по всем фронтах, поэтому новые катастрофы неизбежны. Вопрос лишь в том, когда и с какой стороны придёт очередной удар.

Источник: Times

 

ПОДРОБНОСТИ ДНЯ - главное о главном

Каждый день в мире и в Украине происходит тысячи событий. Каждый день огромный поток информации сметает все на своем пути. Надо остановиться и отфильтровать этот поток. Сайт Подробности дня сделал это за вас — у нас только главное о главном. Без мишуры, воды и спама.

Все самые важные события — только в Подробностях дня. Это означает, что то, что вам просто необходимо знать мы расскажем и покажем со всеми подробностями, но в пределах разумного. Ведь мы пишем о главном только главное, ничего лишнего.

Как писал когда-то Кьеркегор: «Дьявол прячется в деталях». Именно этого дьявола к вам мы и не подпустим. Потому что углубляться в несущественное — не наша задача. Подробности дня — это тот минимум, необходимый любому думающему человеку.